Музеи Крыма, в которые я не попал.
Перечень мест к посещению на территории Крыма был мною подготовлен загодя и я его уже показывал.
Начальный репортаж: Музеи Севастополя.
Предыдущий репортаж: Музеи Крыма. Часть № 2.
Чтобы вам не искать и не напрягать память, я его повторю.
Я не вёл специального километража своей поездки, может быть, зря, но разница между спидометрами в начале пути в Крым и в начале дороги из Крыма составила почти ровно 14 000 км.
Если вычесть дорогу туда (порядка 4 000 км), три поездки туда/обратно в аэропорт Краснодара по 500 км в одну сторону, то именно на Крым придётся порядка 7 000 км. Пусть даже меньше, потому что в аэропорт я ездил не напрямую, а какими-то «огородами», причём каждый раз разными.
В любом случае для территории протяжённостью с запада на восток — 360 км, с севера на юг — 180 км, весьма приличный километраж! Приблизительно такую протяжённость имеют ВСЕ дороги республики.
Это я к чему? А к тому, что до каждой жёлтой метки на карте я доехал, но не все из них посетил.
Вот о них сейчас и пойдёт речь.
Первый случай произошёл в Севастополе и достаточно скоро. Константиновская батарея географически прям рядом с Михайловской. И если во второй я был дважды, то в первой — ни разу.
Саму батарею показать не могу, ибо она находится как раз в той части Севастопольской бухты, которую нельзя фотографировать.
Так что на самом деле там не технические причины, но я вам об этом не говорил!
Про второй пролёт — панораму «Оборона Севастополя» я уже упоминал. Повторюсь.
А после варварской британской, вот же им (как кость в горле!) бомбардировки теперь туда не скоро и попадём.
Следующая локация в городе уникальна тем, что я сам в неё не пошёл.
Дойти до неё — дошёл
и снаружи достаточно подробно облазил,
но вот внутрь не пошёл.
Вполне возможно это был мой первый «зимний» пролёт. Заведение перманентно закрыто: необходимо созвониться и совместно определить день и время визита. В ходе созвона мне озвучили сумму в 2 000 руб. Вполне возможно это цена не индивидуального, а группового посещения, но в данном случае это эквивалентно, ибо группа — это один я.
Соотнеся найденные в сети фотографии внутреннего убранства с ценой, решил отказаться от визита.
Зимой, в условиях отсутствия клиентуры, там много заведений впадают в спячку. В основном это относится к общепиту, но и на культуре сказывается.
Но есть и обратная сторона медали: например, летом экскурсия в 35-ю береговую батарею длится полчаса, а зимой — в полтора раза дольше!
Если в молодости в новоявленных и новомодных тогда видеосалонах я спокойно отсматривал Фредди Крюгера из «Дом на улице вязов» и в ночи без освещения спокойно шёл по улице, то с возрастом эта способность утратилась.
Я уже много лет не могу смотреть наши фильмы про Великую Отечественную, даже уже виденные: «Они сражались за Родину», «Освобождение» и т.д. А на «А зори здесь тихие…» начинаю рыдать ещё на титрах. Хотя , вот американские боевики смотрю очень спокойно. Но их же «Спасти рядового Райана» и «Ярость» попадают в категорию «наших» фильмов.
С таким состоянием нервной системы просто невозможно посетить Музей истории обороны Аджимушкайских каменоломен.
Я долго нарезал круги вокруг кассы,
но так и не решился.
Есть ещё один музей в Евпатории, в который я добровольно не пошёл.
Мне представляется, что тут дополнительные аргументы и отмазки не нужны.
В Феодосии мне пришлось целовать запертую дверь. Причём дважды, ибо, как наивный чукотский юноша, был уверен, что это состояние временное. Я не планерист, но такой музей в стране единственный, поэтому хотелось бы посетить.
Впрочем, сильно на них злиться просто не имею права: в такую погоду они в этом очень не одиноки.
Следующая причина попадания при непопадании в музей — кадровая.
Когда музей открыт в клубе при маленьком населённом пункте, а то и вообще при воинской части, то спрогнозировать его график работы чрезвычайно трудно.
Здесь мне было сказано, что он, может быть, будет открыт во вторник после обеда. А может, и не будет, а может, и не во вторник.
Несомненно проблемы эти только для внешних посетителей; местные-то всё и так знают, но не ходят. Это было видно по изумлению людей, которых я огорошил визитом, а потом доставал расспросами.
В музей я не попал, но в клуб-таки зашёл. Очень интересно, поучительно и познавательно.
Собственно говоря, с доступностью музеев всё не так уж плохо. Да, в некоторые пришлось наведываться дважды, а то и трижды — до достижения результата, но почти во все из запланированных удалось попасть.
Несколько хуже ситуация обстояла с техническими памятниками. Их я вам чуть позже начну показывать.
Достаточно немалая, но не основная, часть из них располагается на закрытых: частных, военных территориях. И если первые, при значительном желании, не являются помехой, то со вторыми приходится считаться. Военные не понимают ни юмора, ни твоей души прекрасные порывы.
Хотя из всех, по этой причине не посещённых, мест, моё сожаление вызывает только Перекоп. Школьный учитель истории, сам фронтовик, сумел донести до меня — тогда бестолкового недоросля, величину и значение подвига красноармейцев. А этот Перекоп опять в действии, опять в обороне.
В ходе путешествия на эту карту отметки как убавлялись визитами, так и добавлялись. Например, до поездки я просто не знал о наличии здесь такой красоты, поэтому не смог её заблаговременно обнаружить и возжелать к посещению.
Один из них охраняется, второй — нет. К одному меня не пустили, ко второму я сам не пошёл: это всё равно что слона в упор разглядывать — серую морщинистую шкуру с длинными щетинками увидишь, а слона нет.
Должен признаться, что с фотографированием технических памятников, мне там достаточно быстро вправили мозги. В одном из населённых пунктов с какого-то верхнего этажа нетрезвая дама пропитой внешности и сути громко, на всю округу, донесла незамысловатую мысль: что вот ходят, снимают, а потом дроны прилетают. И хотя слова её были путаны и матерны, суть я уловил, не обиделся и в дальнейшем всегда держал в голове.
Тем не менее, некоторые эксцессы всё равно случались.