В Ульяновске, на улице Ленина, недалеко от дома-музея Ленина, расположился ещё один небольшой музей, а именно Музей «Симбирские типографии»,
фасад здания которого «украшен» аж тремя табличками.
Обратите внимание: труды не В.И. Ульянова, а И.Н. Ульянова. Т. е. не подпольная типография, печатавшая труды революционера, а респектабельное заведение, выпускавшее официальные труды официальных людей.
Внутреннее убранство подтверждает эту теорию.
Как мне представляется, городское или музейное начальство в один прекрасный момент осознало, что чисто брендом «Ленин» интерес посетителей не вытянешь, и принялось организовывать всё новые и новые музеи.
Стены богато обвешены материалами по истории книгопечатания,
с приведением исторических справок из первых же книг.
Вот только приведённый текст и размещённое здесь оборудование
больше подходят для литографической мастерской, а не типографии.
Я на это нисколько не обиделся, а с большим интересом и вниманием разбирался с рычажными механизмами, передающими усилия на пресс.
Архимед бы умер от зависти. Впрочем, есть и достаточно простые устройства.
Хотя вот на картинках широко представлено именно типографское, наборное обрудование
и даже касса с литерами есть.
Но и на стенах есть интересные кишмишинки. Я, конечно, мог бы предположить, что современным начертанием букв мы обязаны Петру I, но не предположил, а тут узнал.
Это я вам долго рассказываю, а так-то тут три комнатушки
и… музыкальный салон.
И я бы его пропустил, ибо по моим ушам прошелся не медведь и даже не слон, а, скорее всего, диплодок какой-нибудь, если бы не одно «но»: часть из них — суть механические устройства, коих я люблю.
Получается, приглашение послушать новые диски — это не изобретение XX века, а века, ему предшествовавшего.
Интересно, а аналог для этого механического пианино: послушать новые свитки?
Так-то здесь и немеханизированных инструментов в достатке,
но, повторюсь, механические у меня в приоритете.
Глядя на эту звукосъёмную головку, сразу понимаешь, как оно всё работает.
Как это ни странно, но двор музея
более типографичен
и механичен,
чем сам музей.
Так что, извини, пацан, второй раз я к вам не приду.